13 ноября 2019 18:36

НАТО договаривается, как скрыть свою смерть

Автор блога Crimson Alter — для РИА Новости

Заявление президента Франции Эммануэля Макрона о том, что у НАТО "умер мозг", вызвало цепную реакцию в европейском политическом сообществе и гневную отповедь от официального Берлина. Но главное последствие заключается в том, что теперь лондонский саммит НАТО воспринимается западными экспертами как некий медицинский консилиум, в рамках которого будет обсуждаться судьба "пациента по имени НАТО", который находится в плачевном состоянии. Еще никто не произнес ключевого слова "эвтаназия", но, судя по истерике тех, кто пытается доказать, что Макрон был неправ в своей оценке, вопрос о том, что делать после того, как Североатлантический альянс окончательно перейдет грань дееспособности, уже буквально витает не только в парижском воздухе, но и в европейском инфополе.

Агентство Рейтер сообщает о берлинском недовольстве риторикой Макрона: "Министр иностранных дел Германии Хайко Маас в воскресенье предостерег от подрыва НАТО, (и это является. — Прим. ред.) самой решительной на сегодняшний день реакцией Берлина на критические замечания президента Франции Эммануэля Макрона по поводу (Североатлантического. — Прим. ред.) военного альянса".

Британская пресса, которая сейчас занимается информационным сопровождением лондонского саммита НАТО, подливает масла в огонь экспертного недовольства. Таблоид Express приводит мнение Фабриса Потье, бывшего директора НАТО по вопросам планирования: "Было бы гораздо более конструктивно, если бы Макрон сказал, что готов подумать, как ядерное оружие Франции может быть использовано для защиты остальной Европы, что Европа может полагаться на сдерживание Франции. Но, конечно, он этого не сделал. У Франции есть свое представление о том, когда и где будет использовано их ядерное оружие. Как вы можете критиковать НАТО, не вводя в игру какие-то альтернативы?"

Именно эти обвинения в адрес Макрона со стороны высокопоставленного (хотя и бывшего) функционера НАТО — настоящий подарок судьбы для тех, кто хочет понять суть конфликта между Парижем и Брюсселем (а также, опосредованно, Вашингтоном). Президент Франции пнул НАТО и лично Дональда Трампа в самую больную точку. Помимо заявления о том, что у Североатлантического альянса "умер мозг", он публично усомнился в готовности США выполнить те обязательства, которые предусмотрены статьей 5 Североатлантического договора (правовой базы существования НАТО). Если перевести позицию Макрона с очень дипломатичного и вежливого (за исключением тезиса про "мертвый мозг") французского на разговорный русский, то она сводится к обоснованному подозрению, что, "в случае чего", Вашингтон просто "кинет" своих союзников, особенно с учетом того, что для США такое поведение не будет являться отступлением от американской внешнеполитической традиции.

Подтекст, на который прямо указывают европейские СМИ (в частности, британская BBC): готовность Трампа сдать сирийских курдов, которые рассчитывали на поддержку Вашингтона, вероятно, воспринимается как сигнал слабости и нежелания бороться за тех, кому была обещана защита. Макрон критиковал это решение и в своем скандальном интервью просто довел свою позицию до логического завершения тезисом о том, что НАТО "работает только в том случае, если гарант последней инстанции функционирует как таковой. Я бы сказал, что мы должны пересмотреть реальность того, чем является НАТО в свете обязательств Соединенных Штатов".

Конечно, курдские формирования не являются подписантами Североатлантического договора, но с точки зрения критиков это не отменяет претензий в адрес США, особенно с учетом того, что сам Трамп публично ставил под сомнение американскую приверженность исполнению статьи о коллективной защите в случае нападения на одного из членов альянса. Такой подход, конечно, злит функционеров НАТО, и Фабрис Потье прав, заявляя — "как только доверие к НАТО будет подорвано, забудьте о том, сколько у вас есть танков или самолетов — игра уже окончена". Но Макрону как раз и нужно, чтобы "игра закончилась", и для этого он и "подрывает доверие к НАТО": потому что ему нужно расчистить дорогу для своего геополитического проекта — общеевропейской армии.

Фактически лондонский саммит Североатлантического альянса станет ареной столкновения трех несовместимых взглядов на будущее военного взаимодействия стран Запада.

Представители США будут требовать, чтобы страны Евросоюза начали платить четыре процента от ВВП (это примерно 752 миллиарда долларов) на военные расходы, то есть фактически на содержание НАТО и покупку американского оружия. Представители Германии, судя по по заявлениям министра иностранных дел Мааса, будут опять настаивать на том, что увеличения расходов не требуется, а также критиковать Вашингтон и Париж за эгоизм. Представители Франции будут ругать НАТО и продвигать идею создания европейской армии (без США и, возможно, без Великобритании) для того, чтобы Евросоюз наконец-то реализовал стратегическое видение Макрона, который (по его же собственному признанию) хочет, чтобы Евросоюз осознал себя как отдельную "геополитическую силу" и "сохранил контроль над своей судьбой".

Легко заметить, что найти компромисс, который бы устроил всех и соединил все эти позиции в какое-то целое, невозможно. А политика — это все-таки искусство возможного, и не более того. НАТО умирает изнутри, причем не из-за истории с курдами или проблемной Турции, а из-за того, что его основные члены разрывают альянс на куски, пытаясь его использовать в своих шкурных интересах, несовместимых с интересами всех остальных участников.

"Исторический саммит в Лондоне", который пройдет в самом начале декабря под пристальным вниманием мировых СМИ, на самом деле может принять только одно из двух решений.

Или участники альянса разругаются окончательно и публично, или все-таки (и это более вероятный вариант) продолжат делать вид, что альянс можно спасти: в надежде на то, что потом в его смерти можно будет обвинить кого-то другого.

Все это — хорошие новости для России. Если даже очередной приступ желания "бороться с российской угрозой", который снова наблюдается на Западе, не приводит к консолидации НАТО, значит, Североатлантическому блоку уже вряд ли что-то поможет.

Назад